Фронтовые дороги разведчика Алексея Дмитриевского

A A A

9 мая 1985 года. Пятиэтажка на улице Ленинградской. В квартире бабушки и дедушки, наших ветеранов, мы по традиции празднуем всей семьёй День Победы.
По телевизору показывают кинопремьеру к 40-летию окончания войны «Батальоны просят огня» по роману Юрия Бондарева. На экране рассудительный и мужественный капитан Ермаков, красавица-медсестра Шурочка.
Детское восприятие не ассоциирует киношных героев с настоящими участниками войны, которые сидят рядом за столом. Сейчас они для меня просто бабушка Катя и дедушка Лёша.
Это потом, спустя десятилетия, на сайте «Память народа» я буду в хронологическом порядке прослеживать боевые пути начальника разведки дивизии, майора Алексея Дмитриевского и лейтенанта медицинской службы, старшей хирургической сестры Екатерины Куршевой.
В 2016 г., через 11 лет после смерти деда, познакомлюсь с военным историком, бывшим работником Пензенского краеведческого музея Геннадием Тамбовцевым. Он бережно хранит память о майоре Дмитриевском. В музейной экспозиции, посвящённой Великой Отечественной войне, в качестве экспонатов есть и фронтовые вещи Дмитриевского.
Но главное, Геннадий Петрович познакомил меня с другим дедом – автором газетных статей разных лет, о чём тот скромно умалчивал в кругу семьи. Хотя, может, и делился опытом общения с печатными изданиями, но тогда меня это особо не интересовало.
Мне достаточно было книги воспоминаний бойцов 9 гвардейской стрелковой дивизии «Истра 1941», хранившейся в семейной библиотеке, где ветеран разведки А. Ф. Дмитриевский выступает автором небольшого рассказа «Первый пленный». И непременно гордости от осознания, что мой дед награждён пятью боевыми орденами и множеством медалей. Сейчас, через много лет, перечитывая архивные документы, восполняю недослушанные и недослышанные воспоминания о его фронтовых дорогах.

dmitrievskiy
Мой дед Алексей Фёдорович Дмитриевский родился 17 марта 1917 г., через два дня как император Николай II отрёкся от престола. Вряд ли в российской глубинке, в селе Балкашино Чембарского уезда Пензенской губернии, тогда представляли, что после этого события в скором времени и от самой империи, и от старого уклада не останется и следа.
Пока же в семье диакона Фёдора Ивановича Дмитриевского и домохозяйки Натальи Петровны радовались появлению третьего ребёнка, мальчика, продолжателя рода.
После Октябрьской революции диакон Фёдор перешёл учительствовать, видимо, посчитав, что на этом поприще он будет наиболее полезен людям.
Сам дед Лёша, как и его старшие сёстры Евфалия и Зоя, никогда не рассказывали о биографии своего отца, его корнях, ближайших родственниках. Что ж, вполне объяснимо: времена были суровые, родство со священнослужителями могло негативно сказаться на судьбах детей и даже внуков.
А может, всё гораздо проще: отец умер, когда Алексею едва исполнилось шесть лет. Какие воспоминания останутся у маленького мальчишки? Самые что ни на есть расплывчатые. В 1937 г. умирает и мама Наталья Петровна.
В тот же год Алексей оканчивает Пензенский лесотехникум, получает специальность «техник механизированных заготовок». Работает в Жигулёвском леспромхозе Куйбышевской области, откуда решает переехать на Урал, в Свердловскую область, в Асбестовский леспромхоз.
В октябре 1939 г. Белоярским райвоенкоматом Свердловской области его призывают в ряды Красной Армии. В течение 10 месяцев Алексей Дмитриевский обучается на танкиста в полковой школе младшего командного состава во Владивостоке.
К июню 1941 г. Дмитриевский командует танковым взводом 60 отдельного разведывательного батальона 78 стрелковой дивизии, которая находится на фронтовых учениях во взаимодействии с силами Краснознаменной Амурской флотилии в районе села Елабуга, отрабатывая вопросы высадки десанта на необорудованный берег.
С 12 июля 1941 г. по приказу командующего Дальневосточного фронта генерала армии Иосифа Апанасенко дивизия совершает 350-километровый марш из Хабаровска в Приморье и занимает оборону на участке Бурлит – Иман, где приступила к оборудованию укреплений вдоль государственной границы. Дивизия была включена в состав 35-й общевойсковой армии, и со дня на день готовилась к нападению японцев.
Однако 14 октября поступает боевой приказ Дальневосточного фронта – передислоцироваться в направлении Москвы в распоряжение Ставки Верховного командования СССР.

ПЕРВЫЕ БОИ, ПЕРВЫЕ ПОБЕДЫ
Уже к 27 октября дивизия под командованием полковника Афанасия Белобородова сосредотачивается в районе города Истры под Москвой, занимает оборону на Волоколамском направлении. 1 ноября вступает в первый бой с немецкими частями 10-ой танковой дивизии, моторизованной дивизией СС «Рейх» и её подразделениями «Фюрер» и «Дойчланд», а также 252-й стрелковой дивизией.
Из журнала боевых действий 78 стрелковой дивизии:
«7 ноября был захвачен пленный – ефрейтор Майнот Кожт, служивший в 11 п. п. дивизии СС. Снятый с него медальон означал дивизию «Тотенкопф» – «Мёртвая голова». Командир дивизии, по словам пленного, генерал Гаузер.
11 п. п. СС форсированным маршем был подброшен из Рузы с задачей окружить 2/258 стрелковый полк и освободить от него дорогу. Огнём 210 ГАП и одного залпа 17 ОМГД наступление было сорвано, противник понёс большие потери. (До 600 человек убитых и раненых)».
О похожем эпизоде с взятием пленного рассказывает Алексей Дмитриевский в «Истре 1941»:
«В первых числах ноября взвод из пяти лёгких танков-амфибий получил задачу выдвинуться в деревню Загорье, вести оттуда круглосуточное наблюдение за противником, знать его намерения и обо всем докладывать штабу дивизии.
Для оперативности и безопасности при сближении с противником в распоряжение взвода дали отделение пеших разведчиков с командиром отделения старшим сержантом Нипаридзе.
За четыре дня пребывания в Загорье мы создали видимость сильной обороны деревни. Немцы нас бомбили, особенно ночью, сбрасывали зажигательные бомбы. В небе висели осветительные ракеты, спущенные на парашютиках с самолета. Неоднократная попытка захватить пленных за эти дни была безуспешной. Командир разведбатальона капитан Ермаков не разрешал ввязываться в бой. А без боя мы не могли взять «языка».
Не помню названия деревни, но она находилась юго-западнее Загорья, ее занимали оккупанты. Ночью через лес мы приблизились к ней, заглушили танки и подошли вплотную. Нашей обороны здесь не было. Из деревни, где творили бесчинства фашисты, были слышны крики женщин, рев скотины, лай собак и одиночные выстрелы.
Уже рассветало, а фашисты не покидали деревню. Тогда мы решили танки оттянуть в глубь леса. И только отъехали, как я увидел – бежит из головного дозора сержант Саша Назаров. Он доложил, что в лесу появилась группа оккупантов…
Перед нами оказалась большая поляна, в центре которой стояла кучка деревьев – «околок», как называют их лесники. В этом околке и прятались враги. Они, конечно, не ожидали танков.
Наши дозорные во главе с Нипаридзе завязали с врагом перестрелку. Пять танков полукольцом окружили фашистов и открыли пулеметную стрельбу.
Я увидел, как хорошо одетый офицер готовил на санках крупнокалиберный пулемет, чтобы открыть по танкам огонь. Увидел его и Бурдуковский. Он сразу выдвинул танк так, чтобы я мог прицельно стрелять по офицеру. Дал длинную очередь по фашисту, да к тому же трассирующими пулями. Шинель на офицере задымилась – значит, пули попали в цель. Рядом с моим танком стоял танк старшего сержанта Николая Андреева (он был моим заместителем). Николай вовремя заметил подползавшего с гранатами врага и выстрелил в него.
Через 20-25 минут боя огня со стороны фашистов больше не было. Я решил вылезти из люка и посмотреть, нет ли среди них раненого, чтобы взять его в качестве «языка». Вылез из танка и Андреев.
Было тихо. Только у одного танка глухо работал мотор. И вдруг я услышал возню у сосны и увидел, как фашист, вероятно, раненный в обе ноги, сидя, достал «лимонку» и собрался ее бросить в нас, но я опередил его. Вот в этот момент как из-под земли во весь рост встал здоровенный фашист и с поднятыми руками направился к нам. Здесь уж мы не растерялись. Это и был наш первый «язык»: эсэсовец из дивизии СС «Рейх».
* * *
За бои под Москвой младший лейтенант Дмитриевский в январе 1942 г. получает свою первую награду – орден Красной Звезды. На память также остаются два ранения: ноябрь 1941 – осколочное ранение нижней трети левого плеча, март 1942 – сквозное осколочное ранение правой щеки.
Приказом Народного Комиссара Обороны СССР И. В. Сталина от 26 ноября 1941 года № 324 дивизия была преобразована в 9-ю гвардейскую стрелковую дивизию, а ее командиру полковнику А. П. Белобородову было присвоено звание гвардии генерал-майора.

РАЗВЕДКА В ТЫЛУ ВРАГА
В июне 1942 г. 9 Гв. сд перебрасывают на Южный фронт. Лейтенант Дмитриевский командует 12 отдельной разведывательной ротой. Впереди – бои на территории Украины, в Харьковской области, в июле – оборона переправы через реку Дон, затем переход в резерв Ставки и участие в Великолукской наступательной операции на Калининском фронте.
К исходу 1942 г. на счету командира разведроты 95 выходов в разведку, из них 18 раз в тыл противника, а также около 60 уничтоженных фашистов. Причём выход в тыл противника зачастую оборачивается угрозой окружения.
Так, 27 декабря 1942 г. в районе деревни Алексейково Калининской области разведгруппа под руководством Дмитриевского была обнаружена немцами. В течение трёх часов красноармейцы вели неравный бой с четырьмя танками и двумя взводами пехоты противника. Из окружения вырвались, потеряв двух товарищей. На поле боя осталось более двадцати фашистов.
В январе 1943 г. старшего лейтенанта Дмитриевского представляют к правительственной награде – ордену Красного Знамени. Наградной лист подписывают начальник 2-го отдела 9 Гв. сд Жолнин, командир дивизии генерал-майор Простяков, командир 5 гвардейского стрелкового корпуса генерал-майор Белобородов, командующий 3-й армией генерал-лейтенант Галицкий и член военного совета генерал-майор Литвинов.

УДАЧНЫЙ МОМЕНТ НА ВЫСОТЕ ЗЕЛЁНАЯ
Весной 1943 г. дивизия ведёт бои на Смоленщине в составе 43-й Армии. 16 марта, после 120 километрового броска, поступает боевая задача – в течение суток прорвать сильно укреплённую полосу противника на рубеже Влажкина – Праники и выйти на фронт Заборье и Космовское. Главный удар по противнику командир дивизии решает нанести на участке Синяки Горные.
Значительное превосходство в численности бойцов и оружия на стороне 9 Гв. сд. Однако наступательная операция захлёбывается. Взять противника превосходством не удаётся, поскольку враг готовился к обороне ещё с октября
1942 г., а 9 Гв. сд то и дело перебрасывалась, не успев толком сориентироваться на местности. Лишь к исходу 22 марта дивизия закрепилась на указанных рубежах и заняла оборону, потеряв при этом 377 человек убитыми и 1388 ранеными.
В качестве одной из причин неуспеха операции командование армии называет отсутствие оперативных разведданных.
Из отчёта о боевых действиях 9 Гв. сд с 20 по 21 марта 1943 г.:
«Перед началом операции частями дивизии активной разведки не проводилось, вследствие чего дивизия вступила в бой, не имея своих данных о противнике, и имела лишь общее представление о нём с устаревшими и далёкими от действительности разведанными».
Судя по дальнейшим событиям, отношение к разведчикам, как к ценному подразделению, после этого эпизода у командования изменилось. В мае 1943 г. гвардии капитан Дмитриевский получает орден Александра Невского, в том числе за те самые Синяки Горные.
Из наградного листа:
«Гвардии капитан Дмитриевский в должности командира разведроты с июля 1942 года. Он является одним из самых волевых и решительных командиров. Все организуемые им разведгруппы имели успех. С 18 по 19 апреля 1943 года руководимая им разведгруппа совершила смелый ночной налёт на огневые точки на безымянной высоте (900 метров южнее Синяки Горные) Смоленская область Демидовский район. В результате получены ценные данные об огневых точках и уничтожено 30 немцев.
С 29 по 30 апреля им был организован дневной поиск с задачей захвата пленного и документов в районе высоты Зелёная (Демидовский район, Смоленская область). Проявлена исключительная инициатива по выбору удачного момента для внезапного, смелого и стремительного налёта на противника в дневное время.
Задача выполнена блестяще: захвачены ценные документы, вскрыты новые группировки противника, уничтожен 1 офицер и 30 солдат, захвачен пулемёт МГ-42. Возглавляемая им разведгруппа имела малые потери (3 легкораненых) и сохранена матчасть.
За проявленную инициативу по выбору удачного момента для внезапного, смелого и стремительного нападения на врага и нанесения противнику больших потерь с малыми потерями для своего подразделения – достоин правительственной награды орденом Александра Невского».
В мае этого же года капитан Дмитриевский становится начальником разведки дивизии. За бои на Калининском направлении получает орден Отечественной войны I степени. Последний боевой орден – орден Красного Знамени – майор Дмитриевский получит за блестяще организованные разведоперации в Латвии.

СУДЬБОНОСНОЕ РАНЕНИЕ
Вплоть до окончания войны 9 Гв. сд будет находиться в составе 1-го Прибалтийского фронта. Её бойцы примут участие в освобождении Витебска, Литвы, Латвии и Кёнигсберга, где и встретят день победы.
Будучи раненым, в июле 1944 г. майор Дмитриевский счастливо познакомится в госпитале с лейтенантом медслужбы Екатериной Куршевой. Симпатичная, курносая медсестра окажется родом из Пензенской области. В июле 1941 г., не дождавшись каких-то трёх месяцев до своего 18-летия, она ушла на фронт, приписав фактически лишний год. В ноябре 1945 г. влюблённые зарегистрируют брак в Прибалтике. Затем Катя уедет домой в Нечаевский район, а майор Дмитриевский демобилизуется из рядов Красной Армии только летом 1946 г.
Послевоенная жизнь Алексея Дмитриевского поначалу будет связана с лесной отраслью. В 1952 г. он получит назначение директором Пензенского леспромхоза, и семья, где подрастают уже два сына, переедет в Пензу. В течение пяти лет он будет возглавлять Комбинат производственных предприятий Пензенского совнархоза. Присутствует в его биографии и работа в строительных организациях.
В 1987 г., сразу же после смерти жены, Алексей Дмитриевский уйдёт на пенсию из Треста Жилстрой.
Последнюю боевую задачу – дожить до 60-летия Победы – он выполнит на отлично. До своей кончины в декабре
2005 г. будет жить один, показывая пример собранности, мужества и стойкости, как подобает настоящему разведчику.
Елена ДЁМИНА

Прочитано 391 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту