Бойся, Америка!

A A A

Дональд Трамп хочет, чтобы Китай присоединился к пакту о контроле над вооружениями. Почему у этой идеи столь туманные перспективы?

После того как Китай 56 лет назад впервые испытал ядерную бомбу, он никогда не раскрывал размер своего арсенала, даже приблизительно. Так что недавнее обсуждение в китайских социальных сетях вопроса о наращивании национальных ядерных сил было просто поразительным.
Оно началось 8 мая, когда редактор одной пекинской националистической газеты выступил с идеей о том, что Китай должен увеличить свой арсенал до 1000 ядерных боезарядов. В это число должны входить 100 DF-41S. Это новая межконтинентальная ракета, способная долетать до Америки. Идею приветствовали тысячи комментаторов. Мало кто призывал к сдержанности. Америка, хотя и не приветствует подобное наращивание, хочет, чтобы официальный Пекин столь же ясно высказался о своих намерениях. Она хочет, чтобы Китай покончил со своей таинственностью и присоединился к Америке с Россией на переговорах об ограничении их ядерных арсеналов.
DF-41S, которую впервые показали публике в октябре прошлого года на параде в Пекине, это одна из причин, по которой Америка стала ещё сильнее настаивать на участии Китая в переговорах.
Это первая китайская ракета такого радиуса действия, которую можно перевозить по автодорогам. Это значит, что американцам уничтожить её гораздо труднее, чем ракеты, находящиеся в шахтах. Похоже, она может нести несколько боеголовок. Это значит, что защитить Америку от её опустошительного удара будет ещё сложнее.
Своим призывом Ху Сицзинь, редактор The Global Times, подтвердил западные оценки, согласно которым число боеголовок сейчас у Китая значительно меньше 1000. По наиболее разумным предположениям, их около 300.
Это гораздо меньше, чем у Америки и России.
Вместе они обладают примерно 4000 боезарядов. Но если эти две страны на протяжении десятилетий подписывали договоры о сокращении своих арсеналов, то Китай всегда отвергал идею контроля над вооружениями.
Его ядерные силы становятся всё больше и сложнее, что увеличивает их шансы на выживание в случае, если Америка нанесёт неожиданный удар своим всё более точным оружием.
Предложения Ху Сицзиня оказались близки к оценкам Разведывательного управления американского Министерства обороны. В прошлом году начальник управления генерал-лейтенант Роберт Эшли заявил, что в следующем десятилетии Китай, возможно, «по меньшей мере, удвоит» размер своего арсенала, и это будут «самые быстрые расширение и диверсификация» его ядерных сил за всю историю. Впрочем, некоторые знатоки полагают, что на самом деле темпы роста не столь велики.
В прошлом году Америка вышла из договора с Россией о запрещении ракет среднего и меньшего радиуса действия наземного базирования. Она сделала это потому, что Россия якобы мошенничала.
Но Пентагон никогда не скрывал и своего желания состязаться с Китаем, который мог без ограничений наращивать свой ядерный арсенал. Сейчас тень Китая нависает и над договором СНВ-III – единственным ядерным пактом, который пока связывает Америку и Россию. Он был подписан в 2010 году.
Договор ограничивает «стратегические» (т. е. дальнего действия) вооружения и позволяет каждой стороне инспектировать другую 18 раз в год. Его действие истекает в феврале 2021 года, но он может быть продлён при согласии обеих сторон.
Русский президент Владимир Путин сказал, что настаивает на продлении договора. Но Дональд Трамп и многие его советники хотят, чтобы к соглашению присоединился и Китай.
«Цель правительства – остановить рост китайского арсенала», – говорит Тим Моррисон из Гудзонского института, до октября прошлого года работавший в Совете национальной безопасности при Трампе.
Американские чиновники считают, что если они согласятся на продление договора слишком быстро или продлят его на слишком долгий срок, то Китаю не будет никакого смысла присоединяться к нему. При этом ни Америка, ни Россия не хотят сокращать свои арсеналы до китайского уровня.
И тогда возникает невероятная идея о неравноправном договоре. Это выражение сразу же вызывает в Китае воспоминание о постоянно проклинаемых соглашениях с колониальными державами в XIX – начале ХХ века.
В недавнем докладе Института исследования проблем мира и политики в области безопасности при Гамбургском университете Дэйвид Санторо, Алексей Арбатов и Чжао Тун, эксперты, представляющие, соответственно, Америку, Россию и Китай, предложили пути выхода из этого тупика.
Чжао Тун, старший научный сотрудник пекинского Центра мировой политики Карнейги – Цинхуа, говорит, что трёхстороннее соглашение могло бы начаться с ограничения ракет средней дальности, поскольку перевес Китая в ракетах наземного базирования этого типа компенсируется превосходством Америки в ракетах воздушного базирования.
Или следует начать с систем доставки (наземные пусковые установки, пусковые установки на подводных лодках и бомбардировщики) с радиусом действия более 500 км. У всех трёх стран примерно одинаковое число таких систем, тогда как боеголовок у Америки и России намного больше, чем у Китая.
Главное, что подталкивает Китай к участию в таких переговорах, это понимание того, что если он откажется это сделать, то, скорее всего, не будет продлено действие договора СНВ-III.
Как говорит Чжао Тун, если это произойдёт, то американцы не только получат возможность неограниченно наращивать свои ядерные силы, но и делать это под завесой секретности. Тогда каждая из трёх стран начнёт действовать, исходя из самых худших предположений о размере арсеналов других государств.
Это может ввергнуть Китай в гонку вооружений с двумя другими странами, говорит Чжао Тун, а такое экономическое бремя будет очень тяжёлым для Китая, где замедляются темпы роста народного хозяйства.
Если Китай присоединится к переговорам, то он сможет получить и дипломатические дивиденды. Это «поднимет статус Китая как одной из главных мировых военных держав, равной двум бывшим сверхдержавам», говорит Чжао Тун.
Китай мог бы выиграть от участия в таких переговорах ещё и потому, что рядом в комнате будет находиться Россия – его стратегический партнёр. Обе страны глубоко озабочены попытками Америки создать систему противоракетной обороны.
Проблема заключается в том, что ни Китай, ни Россия не стремятся к трёхсторонним переговорам. 15 мая Китай вновь отверг эту идею. На этой неделе Россия заявила, что если Америка захочет привлечь Китай к переговорам по ядерному оружию, то Россия покинет их.
В прошлом русские чиновники говорили, что если к переговорам присоединяется Китай, то пусть уж это делают и Британия с Францией – американские союзники, у которых в сумме 485 ядерных боеголовок.
В феврале Трамп согласился с русским предложением организовать встречу всех пяти постоянных членов Совета безопасности для обсуждения стратегических вопросов. Американские чиновники говорят, что следует использовать эту возможность для того, чтобы добиться нового соглашения об ограничении ядерных вооружений.
Такой форум – хороший способ связать обязательствами как Китай, так и Британию с Францией. Но если трёхсторонний диалог был бы просто труден, то пятисторонний – стал бы ночным кошмаром. Так что пока всё это мечты.
Многие специалисты полагают, что более реалистичным подходом было бы начало двухсторонних предварительных переговоров между Америкой и Китаем. Америка давно предлагает подобный «стратегический ядерный диалог».
Китай уклоняется по нескольким причинам. Он жалуется, что Америка признаёт угрозу «гарантированного взаимного уничтожения» в отношениях с Россией, когда каждая сторона может при любых условиях нанести по другой опустошительный ядерный удар, но отказывается это сделать в отношениях с Китаем.
Многие китайские чиновники также опасаются, что раскрытие информации о размере или других аспектах их умеренного ядерного арсенала, может сделать их страну более уязвимой для внезапного удара.
Единственный способ снять все эти страхи – это начать с малого. Трём странам следует приступить к обсуждению угроз, связанных с применением новых технологий: от кибернападений на системы командования и контроля над ядерными силами до использования искусственного интеллекта в системах раннего предупреждения.
Роуза Гётемёллер, бывшая американская чиновница, говорит, что Америке надо предложить Китаю провести одну из инспекций, вроде тех, что предусмотрены в рамках СНВ-III, чтобы показать, как работает система взаимной проверки. Или пусть две стороны договорятся уведомлять друг друга о ядерных испытаниях, как это уже десятилетиями делают Америка и Россия. Впрочем, это долгий путь.
Как говорит Чжао Тун, в Китае «глубоко укоренён» обычай военной секретности. Открытость требует доверия. Пандемия показала, как мало его в отношениях между Китаем и Америкой.
The Economist, 23 мая 2020 года.

inopress

На графиках показана динамика имевшихся на вооружении у России, США и Китая систем запуска ядерных ракет (наземные пусковые установки, пусковые установки на подводных лодках и бомбардировщики) в 1994-2020 годах (для Китая в 1996-2019 годах).
Данные по китайским бомбардировщикам до 2017 года включают потенциальные мощности. Источник: Федерация американских учёных.

Прочитано 683 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту