Сгнила кровь? Или система?

A A A

Вот уже 2 недели страна обсуждает историю с мальчиком, который погиб в подмосковной Балашихе
под колёсами иномарки. Судебно-медицинские эксперты обнаружили в крови 6-летнего ребёнка 2,7 промилле алкоголя, что соответствует 300 граммам водки или двум литрам пива.


Медики заявляют, что сама по себе эта доза была бы уже смертельной для такого возраста. По крайней мере, передвигаться по улице мальчик бы точно не смог.
Однако с учётом того, что за рулём автомобиля будто бы находилась девушка криминального авторитета, многое становится понятным. Обнародованные подробности расследования оборачиваются позором для отечественной судебной медицины и органов правопорядка.
К сожалению, похожие истории происходят и в Пензе. Народ говорит, что это коррупция. А следствие полагает, что мелкая халатность. И за неё не привлекают к ответу.


Сколько стоит ошибка судмедэксперта?
19 июня председатель Каменского районного суда Валерий Курдюков вынес обвинительный приговор в отношении водителя, который 25 мая 2016 г. сшиб велосипедиста Вячеслава Чебернина.
Суд пришёл к выводу, что водитель нарушил правила дорожного движения, не выдержал боковой интервал, и это привело к гибели человека.
Водителя приговорили к одному году лишения свободы в колонии-поселении. Кроме того, с него взыскали 420 тыс. руб. в пользу родственников погибшего и на 3 года лишили водительских прав.
Однако год назад органы правопорядка отказывались возбуждать уголовное дело по факту гибели велосипедиста и официально заявляли, что водитель не виноват. Подробности этой истории «Улица Московская» сообщала в статье «Мёртвые не пьют» (выпуск № 651 от 30 сентября 2016 г).
Одной из причин, которая толкнула полицию на ложный след, являлось заключение судебно-медицинского эксперта Алмаза Баткаева. Он утверждал, что «Вячеслав Чебернин в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения».

kachurina


Для того чтобы опровергнуть эту ложь, дочь погибшего Марина Качурина потратила 4 месяца. Сначала она ходила к следователю полиции майору Плахову и заявляла, что её отец не употреблял алкоголь с 1972 г.
В свою очередь, майор полиции опирался на официальное заключение судебно-медицинского эксперта и пытался найти тех, с кем Чебернин мог выпить перед смертью. Изъять историю болезни из архива больницы он отказался, пояснив, что она ему не нужна.
За то время, пока Марина Качурина жаловалась, следователь Плахов успел вынести несколько постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. И даже вернул водителю автомобиль, который тот моментально распилил и сдал в металлолом.
Не найдя справедливости в Каменке, Марине Качуриной пришлось записаться на приём к начальнику следственного управления УМВД РФ по Пензенской области Галине Шибаевой. И та решила на всякий случай изъять материал проверки в Пензу.
Только после того, как был сделан запрос в Каменскую районную больницу, наконец-то выяснилось, что при поступлении в реанимацию у Вячеслава Чебернина брали кровь. Это сделала медицинская сестра приёмного отделения Девликамова. И анализ крови оказался отрицательным на алкоголь.
Получалось, что из реанимации погибшего увезли трезвым. А в морг доставили пьяным.
Когда «УМ» обнародовала эти подробности, майор Плахов был разжалован в капитаны и уволен из следственных органов. Говорят, это сделали по личному распоряжению начальника УМВД РФ по Пензенской области Юрия Рузляева.
По факту гибели велосипедиста возбудили уголовное дело и доказали, что виновен всё-таки водитель.
Марина Качурина: «Я хотела бы поблагодарить за добросовестную работу старшего следователя специализированного следственного отдела по расследованию дорожно-транспортных преступлений УМВД РФ по Пензенской области Алексея Дудкова, а также заместителя начальника этого отдела Игоря Севрюка. Они грамотно расследовали уголовное дело и ответственно подошли к своей работе».
«УМ» обращает внимание, что приговор районного суда ещё не вступил в законную силу и водитель может обжаловать его в вышестоящих инстанциях.
Между тем если бы Марина Качурина не проявила активность, то уголовного дела могло и не быть вовсе. Погибшего велосипедиста так бы и считали пьяным. А водитель так и ездил бы за рулём автомобиля.
Что же касается судебно-медицинского эксперта Алмаза Баткаева, то он продолжает работать в Каменском морге. По словам капитана Плахова, «в Каменке судебно-медицинский эксперт только один – Баткаев». А это значит, что органы правопорядка по-прежнему опираются на его заключения и на их основе выносят судьбоносные вердикты.


СКР идёт по следам гнилой крови
На вопрос, почему Алмаз Баткаев пришёл к выводу об алкогольном опьянении погибшего, попытался ответить заместитель начальника следственного отдела по Железнодорожному району г. Пензы регионального СУ СКР Альберт Житенёв. Из его постановления от 10 мая 2017 г. видно, что он изучил проблему обстоятельно и досконально. Хотя уголовное дело так и не смог возбудить.
Проверка Житенёва показала, что судмедэксперт Баткаев производил вскрытие Чебернина 26 мая, то есть на следующий день после смерти. Образцы изъятой крови он поместил в две пробирки, которые опечатал и поставил в холодильную камеру.
По заведённому порядку, кровь на анализ отправляют в Пензу, в Областное бюро судебно-медицинской экспертизы. Своей службы доставки у морга нет. Поэтому раз в неделю, по средам, все пробирки относят в приёмное отделение Каменской больницы. И оттуда их забирает машина.
При этом заместитель главного врача Каменской районной больницы госпожа Щербакова заявила следствию, что больница вообще не обязана доставлять в Пензу биологические материалы из морга, поскольку это 2 разных организации.
По её словам, сотрудники морга просто пользуются тем, что металлические ящики, отправляемые из больницы, не подписаны. Поэтому «и подставляют свои биксы». То есть кровь от трупов просто подбрасывают в общую кучу ящиков.
«Ранее она об этом даже не знала, – пересказывает показания Щербаковой следователь Житенёв. – И вскрылось это только после ситуации вокруг эксперта Баткаева».
По словам самого Баткаева, он отнёс пробирки в приёмное отделение в среду вечером, 1 июня. Кому именно передал, не помнит.
Однако в Пензу кровь погибшего велосипедиста была доставлена только 9 июня, то есть через 13 суток после изъятия. Это является прямым нарушением приказа Минздрава РФ № 933, в соответствии с которым срок доставки биологического материала не должен превышать 10 суток.
Не удивительно, что кровь начала гнить и показала наличие этилового спирта. Но где находилась кровь с 1 по 9 июня, Баткаев не знает. И вины за собой не видит.
В письме от 29 марта 2017 г. министр здравоохранения Пензенской области Владимир Стрючков сообщал Марине Качуриной, что «за время работы Алмаз Баткаев проявил себя как инициативный, грамотный, ответственный и исполнительный работник, руководством характеризуется только с положительной стороны, нареканий к его работе не имеется».
А вот следователь Житенёв установил, что инцидент со сгнившей кровью Вячеслава Чебернина является не единственным.
Только в мае-июне 2016 г. на анализы опоздала кровь, изъятая Баткаевым из пяти трупов. Возможно, что некоторые из них так и проходят по документам как пьяные.


Он был предупреждён
Линия защиты эксперта Баткаева строится на том, что анализ крови делал не он. И что ему вообще не было известно про гнилую кровь.
Однако следователь Житенёв называет такое утверждение «несостоятельным и направленным на избежание дисциплинарной ответственности». После чего ссылается на экспертизу трупа, которая подписана самим же Баткаевым 24 июня 2016 г.
Пятая страница этого официального исследования говорит о том, что на этиловый спирт «результат относительный», поскольку на лабораторное исследование представлен «биологический материал с гнилостными изменениями». Да и в анализах мочи «этилового спирта не обнаружено».
Однако на шестой странице эксперт делает совсем другой вывод: «На поставленный вопрос отвечаю: Чебернин
В. П. в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения».
Причём на первой странице стоит подпись о том, что эксперт «об ответственности за дачу заведомого ложного заключения по ст. 307 УК РФ предупреждён».
На этом основании следователь приходит даже к выводу, что «Баткаевым А. К., осведомлённым о гнилостных изменениях крови, сделаны ничем не подтверждённые выводы об употреблении Чеберниным В. П. спиртных напитков и нахождении последнего в состоянии алкогольного опьянения в момент ДТП».
И это ещё не все доказательства, которые собрал Житенёв.
Дело в том, что в реанимации к крови относятся ответственнее, чем в морге. Поэтому через 5 минут после поступления велосипедиста в больницу медсестра Девликамова взяла у него кровь на алкоголь. О чём имеется запись в медицинской карте № 2016/5881, с которой знакомился эксперт Алмаз Баткаев при подготовке своего заключения. Однако результатов по этому анализу он не запросил.
Утверждение Баткаева о том, что в медицинской карте отсутствовала отметка о заборе крови на алкоголь, следователь видит «надуманным». И приходит к выводу, что «факт внесения Баткаевым А. К. недостоверных сведений в заключение эксперта имел место».
И вот, собрав всё это и даже больше, следователь Житенёв не может возбудить уголовное дело. Ведь ответственность за халатность предусмотрена только в том случае, если судмедэксперт нанесёт крупный ущерб от 1,5 млн руб. или допустит существенное нарушение прав граждан, общества и государства.
Видимо, дочь погибшего Марина Качурина не попадает под действие этих прав.
«Чтобы Следственный Комитет наказал судмедэксперта, я должна была умереть или упасть с параличом, – говорит она. – В общем, получить тяжкий вред здоровью. Только тогда был бы крупный ущерб».
А эксперту Баткаеву вроде бы понизили премию. И, как отмечает министр здравоохранения Владимир Стрючков в своём письме от 29 марта, ему «рекомендовано более внимательно читать документы, которые он подписывает».

Прочитано 1533 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту