×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 428

«Вещь»: из невидимого в видимое

A A A

kuroptev aВ числе гостей гуманитарного форума «Поиск провинции» был и выпускающий редактор пермского журнала «Вещь». В интервью «Улице Московской» Юрий Куроптев рассказал об идее издания, пермской литературе и будущем журнала.

– Как создавался журнал «Вещь»? Как возникла идея его учреждения?
– В миллионной Перми никогда не было литературного журнала. Альманахи – да, выпускались, но периодических изданий не было. С этой идеей в Перми носились многие, но безрезультатно.
Я думаю, что в том, что у нас получилось, не в последнюю очередь «виновата» «пермская культурная революция»: власть стала поддерживать инициативы культурного сообщества.
– В чем идея вашего журнала?
– В середине двухтысячных в Перми появилась новая генерация литераторов. Литература ведь развивается рывками, периодами, когда появляется критическая масса людей, которые генерируют литературные тексты. Например, в шестидесятых в Перми активно работали поэт Алексей Решетов, прозаики Виктор Астафьев, Владимир Воробьев, Лев Давыдычев, Лев Кузьмин. В семидесятых-восьмидесятых – писатели Леонид Юзефович, Владимир Соколовский, Анатолий Королев.
В конце восьмидесятых – прозаик Нина Горланова, поэты Юрий Беликов, Владислав Дрожащих, Виталий Кальпиди. В двухтысячных – поэты Дмитрий Долматов и Антон Колобянин, прозаики Дмитрий Скирюк и Алексей Лукьянов.
kuroptev

И вот в середине двухтысячных появилась абсолютно новая генерация пермских поэтов. Многие из них публиковались в столичных журналах, но не в Перми.
– А как вы вообще поняли, что такая группа литераторов появилась?
– Во-первых, они активно публиковали свои тексты в социальных сетях. Уже тогда было понятно, что стилистически они очень разные, но в то же время их что-то объединяло: они были примерно одного возраста, они одинаково чувствовали эпоху – современность. Во-вторых, они проявляли себя и офлайн: организовывали литературные вечера, фестивали и слэмы.
Как вы решили вопрос финансирования?
– Редакция – Павел Чечткин, председатель Пермского отделения Союза российских писателей, издатель Борис Эренбург и я – написали концепцию журнала и обратились в местный минкульт за поддержкой будущего издания. Министерство выделило финансирование, но только на предпечатную подготовку журнала – гонорары авторам, редактуру и верстку.
А издатель Борис Эренбург печатал журнал за счет собственных средств.  Таким образом, у нас два источника финансирования – минкульт и издатель.
 – То есть все получилось благодаря «пермской культурной революции» и личной инициативе?
– Да, тогда было можно просто так прийти к власти и сказать: «Мы хотим это делать».
Расскажите поподробнее о названии журнала.
– Название «Вещь» предложил я. А через какое-то время выяснилось, что журнал с таким же названием издавали Илья Эренбург и Эль Лисицкий в 1922 году.
Их «Вещь» выходила на русском, французском и немецком языках и представляла собой международное обозрение современного искусства. Кстати, изначально мы тоже планировали писать об искусстве, но потом все-таки сосредоточились на литературе.
– А почему все-таки «Вещь»?
– Все знали, что в Перми есть литература, но не было площадки, которая бы закрепляла ее материальное существование: пермские авторы печатались в екатеринбургском «Урале» или центральных литературных журналах.
Поэтому название «Вещь» метафорически объясняло наличие пермской литературы. Мы из невидимого переводили ее в видимое – вещное, материальное – состояние. Это особенно актуально для сегодняшней ситуации, когда весь контент, в том числе и текстовый, уходит в сеть – становится виртуальным.
Кого вы печатаете в своем журнале?
– Несмотря на то, что Пермь сейчас относится к Приволжскому федеральному округу, город исторически, ментально и ландшафтно принадлежит Уралу. Поэтому мы публикуем тексты авторов из Перми, Екатеринбурга, Челябинска и других уральских городов.
Поэт Виталий Кальпиди, который в девяностых переехал из Перми в Челябинск, сформулировал идею «уральской поэтической школы». Его идеи сильно повлияли на концепцию журнала, который во многом стал продолжением «Несовременных записок», экспериментального издания, которое он издавал в Перми.
Есть ли у издания какая-либо глобальная цель?
– Сеять «разумное, доброе, вечное», «воспитывать молодежь в духе патриотизма» – точно не про нас. Я занимаюсь изданием литературного журнала потому, что мне это интересно, и потому, что считаю: такой журнал должен быть у Перми.
Как себя чувствует журнал «Вещь» сегодня? Какие у него перспективы?
– «Вещь» – некоммерческое издание, журнал не может себя окупить. До сих пор власть никаким образом не цензурировала наш журнал. Но в нынешней политической ситуации я не могу сказать, будет ли продолжено финансирование издания.
На каком уровне находится пермская литература: региональном, национальном, международном?
– Есть литература и не литература. Мы печатаем литературу.

Прочитано 1216 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту