Евгений Белохвостиков: «Жизнь все-таки ни одна книга не изменила»

A A A

«Улица Московская» возобновляет цикл «Мое чтение», в котором авторы и читатели «УМ» отвечают на вопросы анкеты «Гардиан» о своих книжных предпочтениях
И первыми в 2021 г. мы публикуем ответы внештатного автора «УМ» на протяжении всего времени существования нашего издания, краеведа Евгения Белохвостикова.
Напоминаем, что ранее на вопросы анкеты «Гардиан» отвечали поэтесса Мария Сакович, писатели Роман Куликов и Виктор Сазыкин, краевед Дмитрий Мурашов, психотерапевт Михаил Архангородский, журналист Татьяна Резепова.

belohvostikovКнига, которую я сейчас читаю
Трехтомник Шкловского, и в частности его биография Льва Толстого. Добротная и одновременно виртуозная вещь.
Какую книгу, из тех, что я помню, я прочел первой
Не могу точно сказать. Скорее всего, сборник русских народных сказок либо сказки Пушкина.
Книга, которая изменила мою жизнь
Задумался и понял, что жизнь все-таки ни одна книга не изменила. Влияли на мировоззрение – это да. А жизнь менялась больше все же из-за реальных событий, стечения обстоятельств, встреч с людьми и проч.
Писатель, повлиявший на мой стиль
Эталоном русского языка для меня с юности был Мережковский. И сейчас убежден, что в смысле владения стилем – без гротеска, без ярких, конкретно одному автору присущих особенностей – у Мережковского среди русских писателей мало конкурентов.
В свое время очень повлиял на меня Розанов. Никогда и не пытался писать в том же стиле, как он. Но его вещи помогли побыстрее забыть то, как учили писать в школе. В этом плане знакомство с Розановым было бесценно.
Из недавно прочитанного – Саллюстий и Тацит. Читал с убеждением, что именно так и нужно писать историку. И с пониманием, что для нас невозможно. Но стараюсь все же их держать в голове.
Наиболее переоцененная книга
Лично для меня, пожалуй, «Мастер и Маргарита». Когда-то перечитывал регулярно и большие куски знал наизусть. Сейчас люблю за блестящую сатиру и не пытаюсь искать там философских глубин. В общем, как «Собачье сердце».
А шире говоря, наиболее переоцененной (не в мире, а в России, конечно) мне кажется вообще советская литература (включая антисоветскую). Слишком много было там временного и наносного. И слишком мало сопоставимого всерьез с уровнем русской классической дореволюционной литературы или же европейской литературы XX века. А у нас еще по инерции это всё сохраняется в школьной программе и на полках.
Наиболее недооценённая книга
В широком смысле – литература Русского Зарубежья, первой волны эмиграции, которая и на Родину только возвращается, и европейскому читателю известна, видимо, даже хуже, чем советская. Из лично мною особенно любимого – дилогия «Аполлон Безобразов» и «Домой с небес» плюс стихи Бориса Поплавского; публицистика Ходасевича; Набоков, Алданов, Георгий Адамович.
Книга, которая перевернула моё сознание
В разные периоды жизни это были разные книги.
«Мир как воля и представление» Шопегауэра и Ницше «Так говорил Заратустра», и не только оно.
Поздний Блок и ранний Маяковский.
«Одно лето в Аду» Рембо и «Цветы зла» Бодлера.
Четыре тома публицистики Писарева.
Безусловно, Толстой: поздние рассказы и повести, прежде всего «Смерть Ивана Ильича», «Дьявол», «Хаджи-Мурат», «Крейцерова соната» и публицистика: «Исповедь», «В чем моя вера» и проч.
Из прочитанного в последние месяцы – «Этногенез и биосфера земли» Л. Н. Гумилева. Не со всеми его тезисами, конечно, могу согласиться, но даже мысленно спорить – и то интересно.
Книга, которая заставила меня рассмеяться
«Житейские воззрения кота Мурра» Гофмана. Каждый раз перечитываю с удовольствием. Еще люблю «сатириконцев»: Тэффи – практически всё, Дон-Аминадо, Аверченко – особенно, кстати, поздние вещи, наподобие «Шутки Мецената». Смеяться в знакомых местах уже не получится, но улыбаюсь каждый раз.
Книга, которая заставила меня расплакаться
Вспомнил два случая: «Маленький принц» Сент-Экзюпери и «Дворянское гнездо» Тургенева. Но это было давно. Не перечитывал обе вещи с юности, и не уверен, что сейчас буду воспринимать их так сентиментально.
Книга, которую я не смог закончить
«Критика чистого разума» Канта. Честно читал по несколько глав, засыпал, просыпался – и понимал, что ничего не усвоил из ранее прочитанного, надо начинать сызнова. Так в итоге и не дочитал. Впрочем, во времена тех героических попыток мне было лет двадцать. Надо бы попробовать снова: вдруг теперь уже осилю?
Какую книгу я хотел бы прочитать
Тут сомнений нет – много лет уже хочу прочесть «Илиаду» и «Одиссею». И все еще не собрался.
Лучшая из подаренных мне книг
«Прогулки по Серебряному веку» Вячеслава Недошивина. Прекрасная вещь, которая впервые попала в руки лет десять назад. С тех пор несколько раз фрагментами перечитывал.
Но удачный подарок мне в этой сфере – скорее исключение. Обычно все-таки книги, которые становятся любимыми и знаковыми, нахожу сам.
Моё любимое чтение
И все же, пожалуй, Лев Толстой. От «Анны Карениной» до «Азбуки» и обратно. Не все 90 томов, но томов 10 точно.

Прочитано 425 раз

Уважаемый читатель!

Наверное, если вы дочитали эту публикацию до конца, она вам понравилась. Очень на это рассчитываем.
Верим в то, что сравнительно малочисленная аудитория «Улицы Московской» вместе с тем еще и верная аудитория. Верная принципам открытого и свободного общества.
Открытое общество, одним из элементов которого является справедливая и сбалансированная журналистика «Улицы Московской», может существовать исключительно на основе взаимной ответственности и взаимных обязательств.
Мы бросаем вызов власти и призываем ее к ответственности.
Мы ставим под сомнение справедливость существующего положения вещей и готовим наших читателей к тому, что все еще изменится.
Мы рассказываем о вещах, о которых власть хотела бы умолчать, и даем шанс обиженным донести свою правду.
Но мы нуждаемся в вашей поддержке.
И если вы готовы потратить посильные вам средства для поддержания свободного слова, независимых журналистских расследований, мы потратим ваши средства на эти цели.

Заранее благодарен, Валентин Мануйлов

donate3

Поиск по сайту