Иосиф Линдер: от Запада до Востока

A A A

linder aОсенью 2014 г. Пензу посетил Иосиф Линдер – писатель, наставник, эксперт по безопасности, знаток боевых искусств. Первая статья, подготовленная на основе беседы с ним («Застольные откровения Иосифа Линдера», № 43 от 28 ноября 2014 г.), вызвала немалый интерес у читателей «Улицы Московской».  В этом номере мы публикуем еще несколько фрагментов из двухчасовой беседы с Иосифом Линдером.

Пять стадий сэнсэя
Есть 5 типов учителей: собака, тигр, дракон, воздух и пустота.
Собака лает, кусает, дерет своих учеников.
Тигр давит, создает условия: ученик приходит к нему, как в клетку.
Дракон – человек мудрый. Он обучает, но при этом уходит от любой конфликтной ситуации. Как дракон – махнув хвостом. Он может и съесть, и испепелить, но не делает этого, потому что он – над схваткой.
Воздух, или облако, – это когда наставника почти не видно, но без него нельзя. Мы же не видим воздух, а без него задохнемся.
А пустота – это когда наставник является твоей обыденной данностью. Ты даже не ассоциируешь себя без него.
Достичь определенного уровня наставникам очень сложно. Поэтому очень многие наши сэнсэи – японские и не японские, все современные – далеко не всегда преодолевают первые две ступени. Некоторые так и остаются на уровне собаки или тигра. Чтобы дорасти до пятой стадии – это мама не горюй.
Большинство из них даже не знают об этой градации, не задумываются над тем, как себя самоидентифицировать. Многие даже не хотят задумываться.
Человек говорит: «Я подготовил 100 мастеров спорта». Другой говорит: «Я подготовил 100 человек с черным поясом». Это хорошо или плохо?
А третий говорит: «Я никого не подготовил. Я даю возможность ученику расти рядом со мной и стараюсь плохих людей просто не брать».

linder
Конец орднунга
Я в Германию начал ездить в 1969 г. – на летние и зимние каникулы. Родителей не пускали, а я приезжал к своим родственникам в ФРГ. На территории ГДР я даже из вагона не имел права выходить.
Как-то в Берлине поезд стоял 2 с половиной часа, и проводник меня даже на платформу не выпускал. Как только мы пересекали границу, я сидел безвылазно, мог выйти из купе только в туалет.
Моя тетушка, ныне покойная, говорила: «Германский социализм и коммунизм закончились в 1986 г., еще до объединения Германии». Эта была высшая точка экономики.
На самом деле в середине 80-х годов закончился «немецкий орднунг» (ordnung – порядок). В Гамбурге,  в Ганзейских городах еще до середины 70-х – начала 80-х годов заключалось минимальное количество письменных договоров. Было так называемое «гамбургское рукопожатие».  Нужно было иметь двух или трех друзей свидетелей, и люди договаривались, пожимали руки – и все.
Это шло со средневековья. Но все это кончилось. После 1986 г. все это покатилось под откос. Объединение Германии, деньги на новые земли, расширение Евросоюза, кризис. Ввели евро – и все сразу стали в 2 раза беднее. «Орднунг» закончился.
И когда он закончился, жизнь в Германии сильно поменялась. В больших городах «немецкого порядка» уже давно нет. «Орднунг» можно найти только в небольших местечках, там, где люди живут общинами. 


О книге «Операция «Восточный ветер»
Многие знают «законы Мэрфи». Среди них есть и законы спецслужб. Первый закон Канариса гласит: «Разведчик говорит только правду, одну правду, всегда правду, но никогда – всю правду».
Мы, авторы, в этом романе не врем, просто говорим не всю правду. Информацию можно засекретить, а можно недосказать.
Например, фамилия и имя японского резидента в Перл-Харборе – настоящая. Он, кстати, умер своей смертью. Но какие-то вещи даже через 60-70 лет после завершения войны нельзя рассказывать. Здесь должна работать внутренняя цензура.
И, извините, но большинство подобных книг – это тоже часть определенной операции. Эти книги рассчитаны не только на обычных читателей, но и других людей, которые их тоже будут читать.
Мне, например, очень приятно, когда выходит книга, а через 3-4 года на какой-то конференции ко мне подходит человек из определенной страны и говорит: «У вас в книжечке были указаны три шифротелеграммы.  Скажите, откуда у вас текст?»
А шифротелеграммы те – от разведотдела японского генерального штаба резиденту японского посольства в Вашингтоне. Текст этой телеграммы даже посол не знал. А мы приводим 3 текста.
Ну, что ж, я объясняю, что это – просто историческая компиляция. Человек удивляется: «Как компиляция? Вот текст, а вот ваш текст, они совпадают. Это как объяснить?» Я говорю: «Мы просто очень прозорливо угадали. Знали психологию дипломатической специальной переписки и терминологию того времени».
Есть такие вещи, когда человек понимает, что это – не просто так. Но он также понимает, что я ему не отвечу, откуда это ко мне пришло.
Но вы представьте себя на его месте. У вас в стране даже действующие дипломаты не могут получить допуск к этим архивам. И вдруг в чужой стране, которая только недавно перестала быть врагом, выходит роман. И непонятные ребята публикуют в открытом доступе документы, которые засекречены с 1941 года.
Это такая постоянная игра. 


Запад есть запад, восток есть восток
В чем отличие восточной системы боевых искусств от западной? Ведь в Европе тоже были школы, практически идентичные джиу-джитсу и кобудо. Скажем, знаменитый художник и гравер Альбрехт Дюрер занимался вместе с сыном в известной школе Тальхоффера.
Это были так называемые «школы рыцарской борьбы». Учили там тому же самому, что и на Востоке: безоружная борьба, борьба с мечом, с копьем, защита от ударов холодным оружием, связывание, конвоирование, захват.
Разница с восточными школами заключалась лишь в том, что под восточными методиками была философско-религиозная база. А на Западе церковь допускала занятия как систему подготовки воинов, благословляя их, но философско-религиозной базы под это не подводила. В Китае, Корее и Японии такая основа была, поэтому боевые искусства стали частью культурного наследия.
В Европе же это осталось элементом военной истории. Поэтому когда спрашивают: «Почему же ничего не сохранилось? Ведь и у нас в православных монастырях готовили воинов-монахов», ответ прост: методики не сохранились, потому что не стали социокультурным явлением.
Не было в западной истории человека, подобного Токугаве, который сказал бы: «Ребята, хватит друг друга резать. Развивайте школы, чайную церемонию, деритесь на деревянных мечах. Нам не с кем больше воевать, а друг друга резать запрещаю».
Токугава создал жесткие, диктаторские условия, которые привели к Золотому веку развития школ в Японии. Именно эти условия позволили окультурить вооруженное быдло под названием «самураи», создать вокруг них некий благородный ореол, обучить, отмыть, образовать. Научить писать стихи, создавать монохромную живопись, правильно выполнять чайную церемонию. Ведь самураи даже общаться друг с другом не могли. Зарубить – да, но не общаться. 


Японцы и гайдзины
«Гайдзин» формально можно перевести с японского как «белая обезьяна». На самом деле это означает, «странный человек», «не такой человек». А происходит это вот от чего.
Японской государственности 2600 лет. Для японца весь мир делится на внешний и внутренний. Внутреннее – значит, японское. Корейцы, китайцы, малазийцы – это все не японцы, это внешнее.
Это проявляется даже в просторечии. Мы говорим: «По моему мнению». Они говорят: «Мы, японцы, считаем так», хотя человек высказывает свое личное мнение.
Японец – это не двуликий Янус, он трехликий внутри себя. Японец – для себя, японец – для своей семьи, японец – для японцев. А все, что касается иностранцев, – это вообще отдельная тема.
В Японии самый высокий процент самоубийств, самый высокий процент мужчин – функциональных (психологических) импотентов. Самый высокий процент извращений – в Японии, хотя у них вся порнографическая литература лежит в открытом допуске. Поэтому в этой стране, кстати, минимальный процент изнасилований.
В силу особенностей воспитания, культурно-этических особенностей нации, у японцев огромное количество комплексов. Но при этом японцы – генетические националисты. Для них все японское – это приоритет. Вы никогда не увидите на японском телевидении Олимпийских игр в тех видах, где Япония не получила медали. Это показывают только в записи и никогда – в открытом эфире. Если японец ничего не выиграет, они просто этого не покажут.
Это жесткая психологическая дифференциация. Япония – страна для японцев. Полтора процента корейцев и китайцев с японскими паспортами, которые там живут, – это даже не гайдзины, это люди третьего сорта. Они хуже айнов для японцев. Дети от смешанных браков подвергаются жесточайшей «дедовщине» в  школах.
Японец, который 5 лет назад уехал из страны и все это время там не появлялся, фактически японцем больше не считается. Ну, если только это не дипломатическая работа. Да, он как бы родился в Японии, но корни уже потерял.
Все это ни хорошо и ни плохо. Это данность.  Это надо принимать.

Прочитано 2133 раз

Поиск по сайту

Реклама